Елена ЯКОВИШИНА: Мой главный соперник – я сама

В этом году Елена открыла горнолыжный сезон громкой победой в Чили: на FIS старте в дисциплине «суперкомбинация» россиянка поднялась на высшую ступеньку пьедестала почета, а две зарубежные олимпийские чемпионки довольствовались серебром и бронзой. На Камчатке Елену Яковишину в последние пять лет трудно застать: сборы, соревнования. Сейчас она тренируется в Америке. Но недавно приезжала к родителям на Камчатку, и корреспонденту «Дальневосточного капитала» удалось задать спортсменке несколько вопросов.

 

Но сначала несколько штрихов к биографии. Елена Яковишина родилась в очень спортивной семье: и мама, и папа любят кататься на горных лыжах. В два года Лена примерила горнолыжные ботинки отца, да так и ходила в них по квартире. После этого началось родительское мучение: дочка наотрез отказывалась сидеть дома с бабушками, когда мама или папа собирались на гору, и приходилось тащить ее с собой. «Я их очень укатывала, не могла насытиться», – вспоминает Лена. Но все равно речи о серьезных тренировках не шло. По воспоминаниям мамы спортсменки Ольги Яковишиной, она никак не могла найти тренера, которому рискнула бы отдать малышку. Помог случай: семья отправилась на гору школы «Эдельвейс» в Петропавловске и там Ленчик (домашнее имя спортсменки) увидела детей, дружно повторяющих за дядькой в красном комбинезоне его движения. Это был Александр КАТАЛАГИН. Лена потащила отца за руку: хочу туда! На счастье, заслуженный тренер РФ вспомнил Ольгу Яковишину, которую когда-то давным-давно видел на горнолыжных сборах.

Видимо, у него зародилась надежда, что ребенок может быть талантлив, раз мама с папой «горнолыжные». И Каталагин взял шестилетнюю Лену в свою группу. 
«Когда она неслась с горы, я закрывал глаза, а она аж визжала от удовольствия», – вспоминает 15 лет спустя Александр Евгеньевич. Он до сих пор следит за карьерой своей воспитанницы, они активно перезваниваются и переписываются, а при встрече на Камчатке обязательно «разбирают полеты» восходящей звезды. Так, наверное, нельзя еще говорить, хотя золото чилийского FIS старта по горным лыжам – некое подтверждение звездности.

 

– Елена, как вы себя ощущали в Чили, среди мировой элиты горнолыжного спорта? 

– Когда-то эти люди казались мне недосягаемыми, особенно те, кому сейчас около тридцати, не могла даже и представить, что буду стоять рядом. Теперь понимаю: просто они более мастерски владеют телом, у них больше опыта. Здороваемся, спрашиваем друг друга, как дела, и я уже ни к кому не бегу за автографом, как в первый раз.

А вообще, когда я удачно выступила в Чили, зарубежные спортсменки были в шоке. Так, женская сборная Германии на этой горе тренировалась уже несколько дней. Мы приехали за день до старта, и нам дали только два раза прокатиться, а они уже по шесть раз по похожей трассе проехали. И на следующий день на соревнованиях обстановка была как на тренировке: я просто проехала, итоговое время нам сказали только перед второй попыткой. И вот перед стартом мне говорят: «Ты выиграла Марию ХОФЛ-РИШ!» А она – очень известная личность в горнолыжном спорте, и я решила, что надо мной просто подшутили. Время опять неизвестно, только цифрами обозначили, кто за кем стартует. И тут я поняла, что реально вторая после Виктории РЕБЕНСБУРГ, а Мария – за мной. Мне потом рассказывали, как отреагировала Хофл-Риш: она тоже сразу не поверила, что ее кто-то обошел, тем более русская, и так на меня косилась! Я даже думала, что сейчас перед стартом повернется и что-то такое скажет! Ну, ничего, проехались… Я немного заставила их поволноваться и стала первая в суперкомбинации. А в следующем супергиганте у меня, к сожалению, лыжа отстегнулась, и, как мне кажется, Мария Хофл-Риш выдохнула с облегчением. Она выиграла потом этот старт…

– Что вы ощущаете, когда летите с горы? В вас еще живет любовь к скорости или эти ощущения давным-давно ушли? 

– Нет, почему!? В каждой дисциплине у меня своя любимая часть. Скоростной спуск я, например, обожаю за то, что там есть прыжки. Очень люблю прыгать. И в этом мое преимущество. Сами знаете, девушки потрусливее, чем парни, не каждая сможет на скорости 100-130 км/час поворачивать и прыгать. Но мне нравится ощущение адреналина. Я лечу, и меня это захватывает.

– А после сборов катаетесь на Камчатке?

– К сожалению, уже очень мало. Во-первых, тренеры сборной не разрешают вставать на лыжи между сборами, требуют, чтобы мы отдыхали. Были периоды – первые три года, – когда мне лыж выше крыши хватало. На Камчатке меня мама постоянно звала: «Пойдем, покатаемся!» Я отказывалась, потому что мне эти лыжи за сборы так надоели, что в топку уже хотелось бросить, отдохнуть от них. А зима-то на Камчатке долгая, везде сезон закончился, а у нас продолжается. Последние же два года мне снега не хватает. Так что дома иногда на лыжах катаюсь, порой открываю какие-нибудь соревнования. Время от времени встаю на сноуборд, за компанию с братом, и даже прыгаю, но только чуть-чуть! Потому что нахожусь в сборной команде России и не дай Бог упасть! Я же за себя отвечаю! 

Был однажды момент, когда Лена с тренером подумали о переходе с горных лыж на сноуборд, потому что этот вид спорта только начинал развиваться и достичь успехов мирового уровня там было бы гораздо легче. Попробовали спортивную доску, новинку, которую привез Каталагин, и вроде стало получаться, но провидение внесло свои коррективы. Доска сгорела при пожаре на базе, а с ней и все ненужные мысли о переходе в другой вид спорта. 

– Горнолыжнице ноги надо беречь, а руки-то особо не нужны, наверное?!

– Вообще-то нужны (смеется). У меня был в прошлом году перелом правой лопатки, пришлось месяц учиться левой рукой писать, а потом еще месяц восстанавливаться: мышцы атрофировались. Руки нужны, во-первых, для мощного толчка от старта. А сейчас, с новой геометрией лыж, которые у нас уже второй год, это очень важно в гигантском слаломе. Впрочем, это везде важно: чем лучше ты оттолкнешься от старта, тем больше у тебя преимущество, легче будет поворачивать, меньше придется набирать скорость, быстрее поедешь. Руки – это своеобразный баланс, особенно с палками.

– Ваша мама рассказывала, что лет с пяти вы мучали ее вопросом, можно ли стать Героем России, выиграв Олимпийские игры. Цель осталась?

– Для меня, честно говоря, это открытие – я не помню такого! Но раз мама говорит, значит, было. Для меня идеал спортсмена – олимпиониксы, то есть победители Олимпийских игр. И цель выиграть Олимпиаду у меня есть. Если не попаду в Сочи – значит не готова, не достойна. Буду стремиться попасть на следующую и выиграть. Но эта цель не главная и не конечная. Я сейчас знакомлюсь с биографиями олимпийских чемпионов и понимаю, насколько это опасно – ставить себе конечной целью выиграть Олимпийские игры. Ну добьешься ты цели, а дальше что? Надо работать! 

Главный тренер Елены Яковишиной Александр Каталагин уже давно вывел формулу успеха: талант и трудолюбие спортсмена, неустанная работа тренера и титанический родительский труд.

В судьбе Елены все это счастливо сошлось. Когд а его маленькая воспитанница махала ломом на будущей горнолыжной трассе, копала землю, собирала камни и таскала в костер нескончаемые сучья, ее родители были рядом: приходили на субботники в спортшколу, вместе с тренером и воспитанниками пилили деревья и выкорчевывали пни, красили и строили! А после пожара вместе возводили новый домик-трансформер, зал которого легко превращается из склада спортинвентаря в помещение для занятий гимнастикой и акробатикой (и это необходимо горнолыжнику, считает Каталагин). Сама Елена с благодарностью вспоминает эти трудовые будни. «Чем нормальный человек отличается от спортсмена?» – спрашивал тренер. И сам же отвечал: «Нормальный человек не хочет – не делает, а спортсмен – не хочет, а все равно делает, заставляя себя. Потому что наивысшего результата по-другому добиться нельзя». Елена Яковишина урок запомнила.

– Лена, кого сегодня считаете главным своим соперником на трассе?

– Мой главный соперник – я сама. Поняла это и начала сама над собой работать. Буду улучшать свою технику, совершенствоваться. Я настроена на победу!

Вера СТУПНИКОВА, журнал "Дальневосточный капитал", ноябрь, 2013 г.