Константин Пуликовский: Я вывез тоску по Дальнему Востоку

Гость «ДК» бывший полпред Президента РФ в ДФО Константин Пуликовский.

– Константин Борисович, Москву и Дальний Восток разделяют огромные расстояния. Что вы ощутили, когда попали на наш край света?– Неправильно вы говорите, Дальний Восток – не край света, а его начало. К сожалению, в столице этого пока не осознают. Я это ощущал и когда работал в округе, и когда вернулся в Москву. Здесь, в центре, с трудом понимают нашего дальневосточника, даже руководителя высокого ранга.– Это можно как-то исправить?– Я думаю, это исправит только время. Ну что такое 150 лет Хабаровску, Владивостоку – это небольшой исторический отрезок, в течение которого Россия осваивала регион. Нужно брать пример у наших предшественников – царская Россия давала преференции и гарантии тем, кто обживал окраинные территории страны. Само собой ничего не происходит. К сожалению, центральная власть долгое время думала, что все и так образуется. Да и не до регионов, видимо, было.Я очень рад, что принята Стратегия развития Дальнего Востока. Мы долго добивались этого. Нам говорили: «Ну какая стратегия, стройте школы, жилье, дороги – вот вам и будет развитие!». Стратегия нужна, чтобы привлечь в регион инвестора, который хочет понимать, каковы планы государства в отношении этой части страны, как оно будет вести себя через 10-20 лет. Будет ли его бизнес вписываться в этот нерв.– Если вернуться на 10 лет назад. Каким вы увидели Дальний Восток?– Моим самым острым впечатлением было то, что я не увидел Дальнего Востока. Я увидел очаги цивилизации: Виктор ИШАЕВ – Хабаровский край, Игорь ФАРХУТДИНОВ – Сахалин, Валентин ЦВЕТКОВ – Магаданская область. Что-то хорошее делалось в Приморье, формировался центр экономики в Якутии. Но это не были единые регионы одной страны – у всех свои интересы, разные подходы, каждый руководитель по-своему видел развитие своих территорий. Это сильно отличалось от тех мест, где я работал раньше, – Краснодарский край, Ставрополье к тому времени уже плотно интегрировались – люди, товары, деньги легко перемещались между регионами.Я поставил задачу, чтобы вначале хотя бы руководители, а потом уже их окружение стали жить общими интересами всего Дальнего Востока и всей страны.– У меня было такое ощущение, что вы были удовлетворены работой свой команды.– Я поставил перед собой задачу набрать аппарат из местных. Но в итоге это оказались хабаровчане, которые очень хорошо знали свой край, при этом большинство из них не знали, что такое Приморье, Сахалин, ЕАО, даже ни разу не были там. Мы вместе становились дальневосточниками в полном смысле этого слова, подходили к региону с позиций понимания общего пространства, проблем территории и путей их решения.– Что было труднее всего в те первые месяцы?– Самое трудное было убедить в том, что мой труд, моя работа – полезны, что пришел не очередной чиновник, который будет кого-то угнетать или что-то отбирать. Этакий наблюдатель из Москвы. Было определенное отторжение и средств массовой информации. Я помню растяжки, появившиеся во Владивостоке «Пуликовский, здесь вам не пуликово поле».– А я помню одну вашу фразу, адресованную мэру Владивостока КОПЫЛОВУ, которого вы вызывали на дуэль: «Выбирайте оружие, я не промахнусь!».– И такое было. Но это была борьба за справедливость. Есть два выражения – оставить след и наследить. Моя задача была завоевать доверие дальневосточников. Сегодня руководители разного ранга, просто жители Приморья, Камчатки, Хабаровска, с кем доводится встречаться в Москве, подходят, здороваются: «Мы вас помним». Это приятно, понимаешь, что ты там какой-то гвоздь забил, какое-то дерево посадил и оставил хороший след в жизни.– Что вывезли с Дальнего Востока для себя лично?– Что я вывез? Тоску по Дальнему Востоку. Я хотел уехать, понимая, что если не уеду, то здесь и останусь, а мне нужно жить там, где мои дети и внуки…У меня есть две тоски в душе – годы, отданные вооруженным силам, я понимаю, что никогда туда не вернусь, не буду служить, но тоска осталась. До конца дней в моей душе остался и Дальний Восток, я его люблю, помню всегда. Я написал книгу о годах работы на Дальнем Востоке – это исторический очерк, в нем много правды, может быть, она излишне откровенна, поэтому пусть года два-три еще полежит.– Что можете пожелать моим землякам?– Крепкого здоровья, материального и душевного благополучия. Дальневосточники – это оптимистичные и добрые люди, которые верят в свои собственные силы, самостоятельные, не привыкшие оглядываться на мнение других – у них всегда есть свое. Мне было по душе с ними работать.