17 Февраля 2014, 20:09 | Тема номера

Кто и с кем на Дальнем Востоке пойдет в геологоразведку?

Назревает очередная реформа Роснедр, которая грозит завершиться окончательным исходом из аппарата Минприроды остатков профессиональных геологов.

Спор о путях возрождения российской геологической службы лишь усиливается

Сложившиеся в России условия недропользования малопривлекательны для инвесторов. Государство, не желая нести необходимые затраты на поисковые работы, переложило бремя геологоразведочных работ (ГРР) на недропользователей, так и не создав предпосылок для снижения рисков для начальных стадий работ. Несмотря на многочисленные разговоры о необходимости перемен в области поиска и разведки полезных ископаемых, попытки изменить ситуацию натыкаются на непреодолимые препятствия.

Прошедший год не стал исключением. Нормативная база, сопровождающая недропользование, практически не изменилась, созданное специализированное госпредприятие «Росгеология» объединило слабых партнеров, испытывает дефицит финансирования и вынуждено функционировать на рынке на общих основаниях. Вместе с тем назревает очередная реформа Роснедр, которая грозит завершиться окончательным исходом из аппарата Минприроды остатков профессиональных геологов.

Удар, еще удар

В декабре коллегия Счетной палаты РФ рассмотрела результаты проверки состояния и развития минерально-сырьевой базы России, эффективности использования недр и формирования доходов федерального бюджета от ее использования, а также соблюдения природоохранного законодательства за период 2007-2012 гг. Было отмечено, что за эти годы прирост запасов минеральных ресурсов был получен по 38 из 146 видов полезных ископаемых, что составляет 26%, воспроизводство или пополнение выбывающих запасов сырья, благодаря геологоразведочным работам, достигнуто по 27 видам полезных ископаемых (18,5%). В то же время по 62 видам полезных ископаемых запасы уменьшились (более чем на 42,5%). Это не могло не вызвать беспокойства, учитывая, что минерально-сырьевая база (МСБ) России является основным источником формирования доходной части федерального бюджета (свыше 53%), а значит, основой экономической безопасности государства.

Было отмечено также, что расходы федерального бюджета на геологоразведочные работы в проверяемом периоде росли. В 2007 году они составили 19,9 млрд руб., а в 2012 г. - 27,1 млрд руб. Если суммировать эти цифры за все годы, то получится более 122 млрд руб. Однако за счет этих средств был обеспечен прирост в основном только прогнозных ресурсов полезных ископаемых. Прирост же запасов был обеспечен преимущественно за счет средств недропользователей, которые потратили на эти цели более 1,069 трлн руб. Но дело в том, что значительный удельный вес прироста запасов обеспечен за счет доразведки разрабатываемых месторождений и их переоценки, а не открытия новых. Т. е. проедание ранее открытых минеральных ресурсов продолжается, а пополнение новых отстает!

На коллегии также отмечалось, что воспроизводство минерально-сырьевой базы за счет средств федерального бюджета осуществляется без учета потребности экономики в минеральном сырье (кроме топливно-энергетического комплекса, в котором потребность определена Энергетической стратегией России по 22 видам полезных ископаемых). Как пример приводилось наличие в России крупных и неразрабатываемых запасов редких и редкоземельных металлов, как Томторское месторождение в Якутии, тогда как потребность в них обеспечивалась за счет импорта.

Из-за исчерпания поискового задела аудиторы Счетной палаты констатировали ухудшение качества выставляемых на аукционы (конкурсы) участков недр, что не способствовало спросу. Отсюда и большое число несостоявшихся аукционов и конкурсов, а это - недополученные государственной казной деньги. Впрочем, другой причиной слабого инвестиционного интереса к российским участкам недр признается значительная удаленность многих из них от транспортной и энергетической инфраструктуры. К таким территориям относится, как известно, и Дальний Восток.

Досталось от Счетной палаты и Роснедрам, территориальные органы которых не провели 53% от запланированных аукционов. В результате доходы федерального бюджета по данному коду бюджетной классификации оказались ниже ожидаемых, отметил в декабре на заседании СП аудитор Бато-Жаргал ЖАМБАЛНИМБУЕВ.

Досье «Дальневосточного капитала»: В Дальневосточном федеральном округе за период 2010-2012 годов не состоялось 49,1% из объявленных аукционов на твердые полезные ископаемые (всего было объявлено 872 аукциона). Лицензирование на углеводородное сырье было менее масштабным и тоже сокращалось: в 2012 году из 4 аукционов по участкам на УВС не состоялось ни одного. Всего же за три года из 36 объявленных состоялось 10 аукционов, или 28%.

Не беремся комментировать, стало ли это причиной объявленной в конце декабря реформы Роснедр. Возможно, отчет СП оказался катализатором сокращения территориальных органов Роснедр по всей России до 11. А они действовали практически в каждом субъекте РФ.

На Дальнем Востоке вместо 9 терорганов Роснедр оставят два - Дальнедра в Хабаровске и Якутнедра в Республике Саха (Якутия). В других субъектах останутся отделы с усеченным штатом и полномочиями и прежними зарплатами. Ожидается, что это приведет к оттоку кадров, прежде всего специалистов руководящего состава, больше всех теряющих от этой реформы. Интенсивность труда остальных вырастет, предполагается, что только на обеспечении госзаказа - в 4 раза. Не говоря о том, что в обязанности специалистов Роснедр входят экспертиза запасов, выдача справок, заключений и пр. Учитывая масштабы регионов, особенно Сибири и Дальнего Востока, большой документооборот, сопровождающий недропользование, это может спровоцировать настоящий коллапс в отрасли, считают представители ведомства.

Впрочем, не все негативно оценивают начатые в Роснедра перемены. «То, что на место ветеринара в Роснедра, наконец, пришел геолог-буровик (с 2012 года должность руководителя Роснедр занимает Валерий ПАК), означает, что дела медленно поправляются: геология вообще дело небыстрое, тут только губить получается быстро, - отмечает эксперт России по недропользованию, к.г-м.н. Михаил ЛЕСКОВ - бывший директор «НБЛ золото», ныне руководитель проектов «Интерминералс Менеджмент (КАМГОЛД)». - С его подачи ожидается ввод заявочного принципа на поисковые лицензии в ряде регионов Дальнего Востока, началось движение и в Росгеолфонде, которому, видимо, отдадут вести карты, а может быть и функции заказчика на съемочные работы, упрощается структура территориальных органов недр, начат и ряд иных полезных дел. Но все это идет при большом сопротивлении «различных течений», как выразился Валерий Пак на Майнексе».

Объем госфинансирования ГРР увеличивается, однако эксперты утверждают, что оно настолько недостаточно, что не позволяет сегодня производить в России полноценную геологическую съемку, разведывать месторождения и доводить их до уровня утверждения запасов. Эксперт РФ по недропользованию, к.г.-м.н. Александр СОБОЛЕВ отмечает, что с 1992 г. в России полностью исключена из практики работ государственная геологическая съемка масштаба 1:50000, являющаяся основным источником поиска новых месторождений. «Вместо этого государственные средства тратятся на создание «Государственных геологических карт» масштаба 1:200000 (второго поколения) и 1:1000000 (третьего поколения), которые в основном создаются в кабинетных условиях и не сопровождаются буровыми и горными работами, геохимическими и геофизическими поисками», - считает эксперт.

Представители Роснедр, в свою очередь, отмечают отсутствие за последние годы динамики роста объемов именно геологосъемочных работ.

«Росгеология» декларирует

Понимая нарастающие для страны проблемы, правительство пошло на создание в 2011 году государственного геологического холдинга «Росгеология». Отметим, что в конце октября 2009 года бывший глава Роснедр Анатолий ЛЕДОВСКИХ подчеркивал, что госхолдинг «Росгеология» создается для проведения геологоразведочных работ (ГРР) в РФ и будет заниматься первичной геологоразведкой.

В результате же холдинг объединил 37 предприятий, часть которых убыточна и не имеет достойного портфеля заказов, к тому же требует технического перевооружения. При этом госкорпорация вынуждена функционировать на общих условиях, зарабатывая деньги на конкурентном рынке, не имея преференций по государственным заказам.

После ряда кадровых перестановок в 2013 году должность руководителя «Росгеологии» занял Роман ПАНОВ. Новое руководство холдинга прописало стратегию развития компании и поставило цель вывести ее в лидеры отрасли, а именно: выйти на объемы ГРР, соответствующие 10-15% от доли рынка.

В одном из интервью Роман Панов сказал: «Даже с учетом нашего интереса к росту коммерческого заказа, основная наша задача - это выполнение указа президента, то есть мы должны обеспечить устойчивое наращивание минерально-сырьевых ресурсов России. Мы, как государственная геологическая компания, за основную будем принимать все-таки именно эту сферу работ».

В среднесрочных планах компании формирование собственных инструментов стимулирования развития малого и среднего бизнеса в сфере ГРР, а также содействие принятию законов и мер по стимулированию ГРР и совершенствованию налогообложения в этой сфере. «Кроме того, искать доходные ниши бизнеса для своих предприятий, например, участие в создании «юниорских» компаний в сфере геологоразведки, компаний малой и средней величины с высоким потенциалом роста капитализации, где в качестве основного «вклада» со стороны ОАО «Росгеология» могут стать знания и опыт ее работников», - отмечал Роман Панов.

Досье «Дальневосточного капитала»: ОАО «Росгеология» создано распоряжением Правительства от 03.08.2011 г. путем переименования старейшего в России геологического предприятия «Центргеология», созданного в 1918 году и до 1992 года выполнявшего геологоразведочные работы на территории 25 областей и автономных республик европейского центра РСФСР. На момент создания усредненные экономические показатели по всем предприятиям, включенным в список на присоединение к «Росгеологии», за период 2008-2010 годов, были следующими: выручка - 7,2 млрд рублей, в том числе по объектам, финансируемым за счет средств бюджетов - 4,5 млрд рублей; численность - 9,1 тыс. человек; чистая прибыль - 57,6 млн рублей; средняя заработная плата - 21,2 тыс. рублей; доля рынка - 2,7%. В 2012 году выручка холдинга составила 8,1 млрд рублей, чистая прибыль - 145 млн рублей, численность - 8,8 тыс. человек, доля рынка - 2,3%.

Между тем в компании признают ряд проблем, сопровождающих текущую деятельность. В их числе отсутствие стартового капитала для завершения процесса создания эффективной системы управления и организационной работы по наполнению портфеля заказов и инициативных проектов, наличие значительного количества проблемных предприятий, высокая изношенность основных фондов, высокий средний возраст и дефицит кадров по ряду технологических направлений, и как следствие - низкая производительность труда и низкая конкурентоспособность на рынке геологических услуг. «Основная проблема холдинга - диспропорция существующих производственных мощностей с потребностями рынка: мы имеем избыточные мощности в Центральной части России, где перспективы работ по основным видам сырья невысокие, и явный недостаток мощностей в регионах с большим потенциалом, - отмечает руководитель «Росгеологии». - Будем исправлять эту ситуацию параллельно с техмодернизацией предприятий».

Учитывая, что в отраслевых отчетах постоянно подчеркивается наличие высокого потенциала минеральных ресурсов в Сибири и на Дальнем Востоке, стоило бы ожидать особого внимания «Росгеологии» к развитию предприятий в этих регионах. В прошедшем декабре МПР согласовало, наконец, финальную стратегию развития «Росгеологии» до 2020 года. Комментируя документ, Роман Панов пояснил, что за его основу взята Стратегия развития геологической отрасли РФ до 2030 года.

В состав холдинга вошли семь геологоразведочных предприятий, прописанных на территории ДФО, это акционерные общества со 100%-ным госкапиталом: «Приморгеология», «Магадангеология», «СахГРЭ» (Сахалинская область), «Камчатгеология», «Амургеология», «Георегион» (Чукотский АО) и «Дальгеофизика» (Хабаровский край). Все предприятия региона специализируются на геологоразведочных работах на твердые полезные ископаемые. Как достижение можно отметить, что пять из них имеют собственную лабораторную базу. Для сравнения: всего 10 предприятий из 37, вошедших в состав холдинга, имеют подобные специализированные лаборатории.

Об экономическом состоянии дальневосточных компаний сказать нечего. Несмотря на закон об акционерных обществах, все они не раскрывают экономическую информацию о себе. Нам удалось найти лишь годовой баланс и сведения о прибыли и убытках за 2010 год ОАО «Амургеология», размещенные на сайте компании. Так, по итогам 2010 года «Амургеология» получила прибыль в размере 2,5 млн руб., четверть из них пошло на выплату дивидендов держателю акций - Территориальному управлению Росимущества по Амурской области. На развитие производства осталось 1,9 млн руб. В 2012 г. планировалось обновить оборудование и технику на сумму 3,6 млн руб. Трудно сказать, удалось ли это сделать, так как открытой информации о хозяйственной деятельности предприятия за последующие годы нет.

Обратим внимание, что финансирование геологического изучения недр и воспроизводства минерально-сырьевой базы на территории Дальневосточного федерального округа за период 2010-2012 годов из федерального бюджета составило 11,6 млрд руб. Это, как правило, деньги, которые выделяет государство на начальные стадии ГРР. По годам: 3,4 млрд в 2010 г., 3,2 млрд в 2011 г. и 5 млрд в 2012 году. Внебюджетные средства на ГРР были неизмеримо больше, и рост их объемов был куда более существенным: 24 млрд, 30,6 млрд, 33,8 млрд рублей соответственно. То есть зарабатывать геологам есть где. При этом входящим в «Росгеологию» предприятиям приходится конкурировать на рынке ГРР с частными компаниями. Правда, большинство из них сервисные, и многие не способны справляться с поисковыми и оценочными геологоразведочными работами на объектах Роснедр.

Конкретно ОАО «Амургеология» из планируемых 30 млн руб. смогло в 2012 г. выиграть на аукционах только 20 млн. Компенсировать выбывающие доходы за счет заказов недропользователей удалось лишь частично. Это при том, что Амурская область является одной из ведущих золотодобывающих территорий России, а развитая там золотодобывающая отрасль на протяжении предыдущих пяти лет наращивала инвестиции в добычу и геологоразведочные работы на фоне благоприятной конъюнктуры цен на золото. Другим региональным геологоразведочным предприятиям, где нет богатых недропользователей, пришлось сложнее. Так, например, ОАО «Приморгеология» к началу 2013 года имело только один частный заказ на ГРР и не более шести государственных контрактов.

Пока нет окончательной статистики по объему госфинансирования ГРР в 2013 году, она появится чуть позже. Но как отметил руководитель Дальнедр Александр БОЙКО, оно вырастет примерно на 10-15%. Учитывая текущий уровень инфляции, а значит, рост затрат на горючее, материалы и пр., ждать высоких прибылей, а следовательно, возможностей модернизации компаний от госзаказа не стоит.

Над схваткой

Чтобы не вводить читателя в заблуждение, отметим, что предприятия, вошедшие в структуру «Росгеологии», - не единственные специализированные компании, занимающиеся сервисными услугами в геологической и горнодобывающей отрасли. На самом деле приватизация и последующие рыночные отношения сформировали условия для притока частных инвестиций в отрасль. Кому-то удалось выделиться из состава бывших госпредприятий. Например, в Хабаровске, кроме государственной «Дальгеофизики», есть частное предприятие ЗАО «Дальгеология», выделившееся из состава единого когда-то предприятия. «Дальгеология» плотно работала с золотодобывающей компанией «Петропавловск» (бывшая ПИТЕР-ХАМБРО). И такие предприятия далеко не единичны.

Какова в регионе общая численность сервисных геологоразведочных компаний - а еще есть специализированные буровые и геофизические, - сказать трудно. Такой информации нет даже у Дальнедр. На наш вопрос дать оценку доли рынка ГРР, занятой независимыми предприятиями, Александр Бойко отметил:

- Частных компаний гораздо больше, чем государственных, начиная с того, что у очень крупных компаний есть свои геологоразведочные подразделения. Сотни компаний ведут геологоразведку на россыпное золото, например. Мы просто не задавались целью посчитать, сколько федеральных денег приходится на государственные компании, а сколько - на частные. Отмечу только, что есть большое число частных предприятий, которые очень эффективно работают на федеральный госзаказ.

Судя по тому, что «Росгеология», после завершения объединения 37 компаний, оценивает свою долю на этом рынке не более чем в 3%, их много. Причем на российском рынке активно присутствие иностранных компаний, занятых в основном достаточно дорогостоящими буровыми и геофизическими исследованиями по заказу владельцев лицензий.

Руководство «Росгеологии» в перспективе планирует отвоевать серьезную долю этого рынка, о чем неоднократно говорил в своих интервью Роман Панов. Но руководство госхолдинга не одиноко в своих планах.

Совсем недавно, в 2012 году, официально образовалась «ОГК Групп» - Объединенная геологоразведочная компания. «ОГК Групп» - это материнская компания, в структуре которой ряд специализированных компаний, в том числе буровых. Объявленная миссия ОГК - «создание конкурентного консорциума игроков рынка сервисных услуг по геологическому изучению недр с четкими, понятными правилами, едиными высокими стандартами, различными регионами присутствия». Так и хочется добавить: крупного конкурента «Росгеологии». На эту мысль наводит состав совета директоров, возглавляет его бывший министр природных ресурсов РФ Борис ЯЦКЕВИЧ, два бывших зам. министра МПР - Александр НАТАЛЕНКО и Петр САДОВНИК - и сын нынешнего замминистра природных ресурсов Валерия Пака, он же глава Роснедр, Анатолий ПАК. Согласитесь: сильная команда, за плечами которой административный ресурс. Кстати, Группа владеет долей в дальневосточной «Нижнеамурской горной компании» (ООО). В числе заказчиков Группы очень крупные российские недропользователи, в т. ч. работающие на Дальнем Востоке. По неофициальным данным, «ОГК Групп» может в перспективе войти в состав «Росгеологии» или быть около нее, что, вероятно, усилит позиции госкорпорации.

А пока сложно подводить какие-то итоги создания «Росгеологии». Как отмечают наблюдатели, все случилось не совсем так, как планировалось. Попытки руководства госхолдинга перенаправить финансовые потоки по федеральным ГРР на себя не увенчались успехом. «Это требует колоссального изменения нормативной базы, - комментирует руководитель Дальнедр Александр Бойко. - Нет нормативных документов, которые бы давали «Росгеологии» какие-то преференции, поэтому они должны работать на рынке на равных с другими предприятиями, участвовать в конкурсах на услуги за федеральные деньги».

Наблюдатели констатируют, что руководство «Росгеологии» пока никак не улучшило финансовое состояние своих предприятий. Скорее наоборот, есть попытки «отстегнуть» у дочек денег на центральный аппарат. А что касается роста объемов финансирования, то, как сказал представитель одного из дальневосточных ОАО, присоединенного к «Росгеологии», «нам на геологические карты масштаба 1:200000 дают денег, как говорят, не мало, а очень мало. Только чтобы мы не разбежались. И молодых на эти деньги и на эти зарплаты не удержишь! Работают только пенсионеры!»

Отдать поиски и разведку негосударственным компаниям

Итак, вопрос о дефиците компаний, способных освоить государственные деньги, не стоит, значит, речь надо вести о том, как изменить подход к геологическому изучению недр, чтобы это стало интересно частному капиталу. Если государство не может дать на изучение геологической основы своей территории больше, чем дает, то как привлечь инвестиции в начальную стадию - поиски и разведку полезных ископаемых, выявление новых перспективных участков недр? И здесь, отмечают специалисты, государство пока не сделало главного - не упростило доступ к исследованию недр юниорским компаниям. Не унифицировало подход к оценке реальных, а не прогнозных ресурсов, без чего затруднен доступ отечественных ГРР компаний к главному источнику денег - на мировые фондовые биржи.

В одном из интервью председатель Союза золотопромышленников России Сергей КАШУБА сказал: «Сейчас инвесторы видят высокие риски в финансировании геологоразведки, поэтому все ищут якорного инвестора со стороны государства. Мы направили вице-премьеру Игорю ШУВАЛОВУ, а также в ВЭБ и Российский фонд прямых инвестиций свои предложения по привлечению инвестиций в геологоразведку путем создания биржевой площадки для юниоров или создания госфонда». Решения пока нет.

Специалисты буквально в один голос отмечают, что вместо формирования государственной геологической службы, которая и должна была заниматься созданием государственных геологических карт, остатки государственных геологических предприятий слили в аморфную акционерную организацию.

- В России всего лишь достаточно было бы создать ГЕОЛОГИЧЕСКУЮ СЛУЖБУ, по подобию действующих в Канаде или США, - говорит эксперт России по недропользованию, к.г.-м.н. Александр Соболев, - которая занималась бы, кроме выдачи лицензий на месторождения и контроля над недропопользователями, созданием качественных геологических карт без поисков и разведки полезных ископаемых, которые должны вести частные геологические фирмы.

 - Государство не имеет права полностью устраняться от геологического изучения территории страны. Проведение региональных исследований с последующим составлением и уточнением геологических и других специальных карт, являющихся основой для прогнозирования и поиска месторождений полезных ископаемых, должно быть прерогативой государства. Результаты этих исследований необходимо оперативно помещать в источниках, доступных для анализа потенциальному частному инвестору, - считает горный инженер, к.г.-м.н. В. ЩУКИН.

- При этом очевидно необходимое упорно игнорируется государством и остается и без внимания, и без денег, - добавляет эксперт, к.г-м.н. Михаил Лесков. - Критически важные работы, которые никто кроме государства вести не может нигде (не только в России!), - у нас государством не финансируются и не ведутся.

Уже отмечалось, что решение многих проблем упирается в действующее законодательство по недрам. И надо сказать, что определенные подвижки здесь есть. Так, поправки в закон «О недрах», вступившие в силу с января 2014 года, позволили продлить с 5 до 7 лет сроки геологического изучения участков недр в Сибири, на Дальнем Востоке и в ряде северных районов страны. К таким территориям отнесены участки, расположенные полностью или частично в границах Республики Саха (Якутия), Камчатского края, Красноярского края, Хабаровского края, Иркутской области, Магаданской области, Сахалинской области, Ненецкого автономного округа, Чукотского автономного округа, Ямало-Ненецкого автономного округа.

Минприроды сформулировало изменения в порядок получения лицензии на геологическое изучение. Главная идея вводимых новаций - это заявочный принцип, вместо аукциона, получения лицензии. Это должно значительно упростить, а точнее, ускорить получение лицензии, ранее сроки растягивались до 1,5-2 лет. Люди в короткое время смогут получать лицензии и начинать работать, не ожидая годами. Но соответствующий документ Минприроды где-то затерялся в кулуарах Минюста.

Как отмечает глава Дальнедр Александр Бойко, в Минприроды активно идет работа над изменением документов, представляемых заявителями на аукционах, упрощающих процедуру выдачи лицензии. Стоит вопрос, чтобы выдавать лицензию, если на нее поступила всего одна заявка. Это, с одной стороны, исключило бы технические аукционы, а с другой - явное рейдерство.

О рейдерстве пишет президенту РФ и Щукин: «Кроме чиновничьих преград к получению лицензии, есть еще одна, порожденная действующим законодательством, - рейдеры. Если участок недр федерального значения не содержит известных месторождений, то в случае, когда на этот участок подана одна заявка, лицензия может быть выдана без конкурса. Если появляется вторая и последующие заявки, то лицензия выдается по результатам конкурса или аукциона, которые организовываются Правительством РФ. Это положение способствовало появлению ряда компаний, которые подают заявки практически на все участки недр, опубликованные в перечне. Далее представители этих компаний направляются в организации, реально готовые работать на этих участках, и предлагают им сделку: вы платите нам (деньги не малые), а мы забираем свою заявку».

Иностранцы, готовые вкладывать в Россию, надеются, что правительство России внесет все-таки ряд изменений в существующее законодательство, которые в потенциале создадут новые возможности для увеличения количества месторождений и рудных залежей, не подпадающих под действие закона, регулирующего иностранные инвестиции в объекты недропользования, имеющие стратегическое значение. Об этом на прошедшей в декабре международной горной инвестиционной конференции Майнекс в Лондоне говорил партнер и соруководитель международной юридической фирмы «Дебевойз энд Плимптон ЛЛП» Алан КАРТАШКИН. В частности, он подчеркнул, что эти изменения положительным образом повлияют на ускорение темпов выполнения недропользователями геологоразведочных работ и оценки месторождений; будут способствовать созданию условий прозрачности и эффективному предоставлению стратегических участков недр в разработку; создадут дополнительные условия для стимулирования геологических изысканий в районах с экстремальными климатическими и экологическими условиями и отсутствием инфраструктуры.

А пока российская геологическая служба там, где она есть…

Мнение

Роман ПАНОВ, генеральный директор ОАО «Росгеология»: Если преференций не будет, проблемы отрасли не найдут решения

- Проводить прямые аналогии между бывшим Мингео СССР и «Росгеологией» я бы не стал. Мы располагаем далеко не всеми полномочиями, которые были у министерства. Но то, что с созданием холдинга появится ресурс для эффективного решения проблем отрасли, - это очевидно.

Сегодня распределение производственных мощностей холдинга не соответствует потребностям рынка: мы имеем избыточные мощности в Центральной части России, где перспективы работ по основным видам сырья невысокие, и явный недостаток мощностей в регионах с большим потенциалом. Нам необходимо преодолеть эту диспропорцию, одновременно оснащая предприятия современным оборудованием.

Мы провели инвентаризацию, она показала, что рентабельность примерно четверти предприятий холдинга превышает 10%. Это средний показатель для отрасли. Рентабельность еще одной части компаний находится в диапазоне между 5% и 10%, у 40% предприятий она ниже 5%. Причины низкой рентабельности как объективные, так и субъективные. Субъективные связаны с недостатком управленческих навыков руководства и низким качеством планирования производственного процесса. Объективные - с нынешним состоянием рынка геологоразведочных услуг и неоптимальными механизмами конкурсных процедур, в том числе в рамках госзаказа. Часто при участии в конкурсах сталкиваешься с тем, что цена превалирует над качеством, и подрядчик, не имеющий опыта и необходимого технического оснащения, может выиграть конкурс. Мы ставим задачи по значительному сокращению издержек, повышению рентабельности, наращиванию портфеля заказов.

Организационно-правовая форма компании в виде ОАО - достаточно гибкая. Она оптимальна с точки зрения хозяйствования. При 100-процентном владении государством она позволяет как работать со всеми рыночными механизмами финансирования, так и формировать СП, осуществлять выбор партнеров.

На текущий момент примерно 70% выручки холдинга приходится на госзаказ. Мы бы хотели изменить эту пропорцию за счет увеличения работы с недропользователями, добиться распределения 50 на 50%, учитывая, что основные средства в геологоразведку сегодня вкладывают недропользователи. Годовой бюджет Роснедр составляет примерно 40 млрд руб., это примерно 10-12% от общего объема работ, выполняемых на рынке ГРР, который достигает 400 млрд руб. По геологоразведочным работам на углеводородное сырье это точно можно и нужно сделать.

Понятно, что есть потребность в укрупнении предприятий по принципу выделения региональных бизнес-единиц, которые будут работать в Восточной Сибири, в Западной Сибири, в Северо-Западном регионе, на Дальнем Востоке, в Приволжском, Центральном и Южном округах. В отдельную бизнес-единицу стоит объединить активы, связанные с обеспечением морских работ.

В ближайшие 3 года на техническое перевооружение мы планируем направить 21 млрд руб. Инвестиционная программа 2014 года предусматривает расходы на эти цели в размере порядка 6 млрд руб. Основная финансовая нагрузка придется на 2015 г. - около 8,5 млрд руб., остальное - на 2016 г. За три года мы постараемся провести частичное технологическое перевооружение и снизить уровень износа оборудования примерно до 50%. На сегодняшний день этот показатель превышает 80%.

Обеспечение дальнейшего технологического развития, конечно, потребует дополнительных инвестиций. Это уже вопрос диалога с правительством и Минэкономразвития.

В программе технического перевооружения холдинга большое внимание будет уделено блоку морских работ. Мы понимаем, что состояние этой сферы рынка в настоящий момент довольно тяжелое. Российские компании, даже такие как «Дальморнефтегеофизика», «Севморнефтегеофизика», технологически уже отстают от мировых конкурентов и часто не соответствуют требованиям даже российских заказчиков. На мой взгляд, при выдаче лицензий для изучения шельфа государству необходимо целенаправленно выстраивать политику по постепенному замещению иностранных компаний в разведке российскими, что позволило бы перевооружить эти компании до конкурентного уровня.

Без государственных преференций мы работать сможем, но лишь как сервисная компания, не более того. Мы не сможем стать тем инструментом, который должен решить проблемы отрасли в целом, выполнить все задачи, поставленные указом президента России о создании холдинга. Если не будет преференций, встанет вопрос: за счет чего компания с высоким износом оборудования, диспропорцией производственных мощностей, устаревающим технологическим комплексом может стать крупнейшим игроком, конкурирующим на равных с мировыми лидерами отрасли и гарантирующим решение всех задач, которые ставит государство. Если преференций не будет, компания вынуждена будет уйти в ликвидные сервисные виды деятельности, а существующие проблемы отрасли не найдут решения.

Пока закон не позволяет предоставлять участки под геологоразведку или заключать госконтракты просто так, без конкурсов и аукционов; можно было бы определить «Росгеологию» единым исполнителем по определенным видам государственных работ. Это закон сделать позволяет.

Из открытых источников (РБК, «Интерфакс» и др.)

МНЕНИЕ

Михаил ПОПОВ - руководитель Управления по недропользованию по Приморскому краю (Приморнедра): Надо учиться зарабатывать на рынке

- Идея создания госкорпорации «Росгеология» не согласуется с мнением в верхах, где госкорпорации были подвергнуты критике, как недостаточно эффективные. С другой стороны, все понимают, что с геологической службой России надо что-то делать, иначе страна останется в перспективе без сырьевой базы. Мало того что редко какие горнодобывающие компании имеют свою геологическую службу, целые регионы потеряли свои геологоразведочные предприятия, создававшиеся как часть советской геологической службы.

Означает ли создание холдинга «Росгеология» возврат к прежней системе геологической службы в стране? На этот вопрос тоже пока нет однозначного ответа. Для того, чтобы была создана полная аналогия советской геологической службы, надо многое менять в законодательстве. Прежде всего - в системе распределения госзаказа. Если государством создается госкорпорация, то, по логике вещей, она должна быть загружена работой. Между тем проведение тендеров на размещение госзаказа на ГРР регламентируется федеральным законом, раньше это был 94 закон, с этого года - 44. Этот закон можно использовать, например, для поставок ботинок в армию, но геология слишком специфическая отрасль, в которой многое зависит от исполнителя. Поэтому с самого начала данный закон критиковался в Роснедрах именно применительно к поставкам геологической информации.

Надеюсь, что создание госкорпорации поможет геологическим предприятиям платить специалистам нормальную зарплату, сейчас в среднем по стране она составляет 18 тыс. руб., проводить техперевооружение, но вряд ли позволит развиваться только за счет бюджетных денег. Поэтому тем руководителям геологических предприятий, кто еще этого не понял, надо учиться зарабатывать на рынке, расширяя сферу услуг, бороться за небюджетные инвестиции. Несмотря на то что у большинства геологоразведочных предприятий примерно одинаковый комплекс предлагаемых услуг, у каждого из них есть своя «фишка», т. е. то, что они могут делать лучше других. Думаю, что, неизбежно конкурируя друг с другом, геологоразведочные компании так же неизбежно будут и сотрудничать, совместно выполняя крупные проекты.

МНЕНИЕ

Валерий ПАК, замминистра природных ресурсов и экологии РФ - руководитель Федерального агентства по недропользованию: Ждем заинтересованного и активного участия недропользователей

- Минерально-сырьевой сектор экономики России был и будет краеугольным камнем ее социально-экономического развития, основным источником финансовых поступлений в резервный валютный фонд. Для России жизненно важна стабильная и эффективная работа геологоразведочной и горнодобывающей отраслей.

В настоящее время как у государства, на уровне его конкретных учреждений и предприятий, так и у частных участников рынка полностью сложилось понимание того факта, что принятый на государственном уровне инновационный сценарий развития Российской Федерации должен базироваться на стабильном и опережающем развитии минерально-сырьевого комплекса.

При этом проблемой остается рациональное и объективное соотношение затрат на геологоразведочные работы за счет бюджетных средств и средств недропользователей. Мы понимаем стремление последних в сегодняшней экономической ситуации сократить затраты на геологоразведку, однако надеемся, что компании разделят озабоченность Роснедр развитием минерально-сырьевой базы страны и сумеют сохранить свой геологоразведочный бюджет.

Наиболее значительная часть выделенных на геологоразведку средств федерального бюджета продолжает приходиться на углеводородное сырье и высоколиквидные благородные металлы, наиболее привлекательные для лицензирования. К сожалению, современный прирост запасов твердых полезных ископаемых связан преимущественно с выявлением и оценкой мелких и средних по масштабу объектов, которые лишь в незначительной мере способствуют наращиванию минерально-сырьевого потенциала страны. Значительная часть минерально-сырьевой базы твердых полезных ископаемых представлена месторождениями с бедными и комплексными рудами, требуется решение целого ряда проблем по совершенствованию и применению на практике высокоэффективных, инновационных технологий. В этой связи мы ожидаем заинтересованного и активного участия в процессе как отечественных, так и зарубежных недропользователей, действующих на территории России.

Из выступления на открытии 9-го Горнопромышленного Форума МАЙНЕКС Россия 2 октября 2013 года

МНЕНИЕ

В. С. ЩУКИН, горный инженер, к.г.-м.н.:  Точка «невозврата» совсем рядом

- «Стратегия развития геологической отрасли до 2030 года» предусматривает на третий этап (2021-2030 годы) изменения нормативно-правовой базы в части доступности геологической информации и заявительного принципа получения лицензий. К этому времени, при действующей нормативно-правовой базе, выделять перспективные площади и подавать на них заявки будет, пожалуй, уже некому.

Выдавливание мелких и средних компаний из процесса геологического изучения страны и желание оставить в этом процессе только крупные и гигантские горнодобывающие компании - это политика государства. Смею заверить, если это политика государства, то она глубоко ошибочна. Мировой опыт показывает, что крупные и очень крупные компании не будут вкладываться в начальный этап геологоразведочных работ, за исключением поисковых работ вблизи имеющейся инфраструктуры горнодобывающих предприятий. Но они внимательно отслеживают результаты работ юниорных (мелких) компаний и туда, где появляется положительный результат, очень быстро приходят со своими деньгами и производственными мощностями. Россия не исключение, здесь действуют те же экономические законы, что и во всем мире. Поэтому юниорные компании надо не убивать и если не оказывать всемерную поддержку, то, по крайней мере, позволить им работать.

Если мы действительно хотим начать возрождение геологической отрасли, то необходимо вернуть профессионалов к управлению природными ресурсами. Заявочный принцип получения лицензий нужно вводить незамедлительно. При этом чиновнику должна быть отведена роль контролера наличия или отсутствия выданных лицензий на заявленную площадь по данному виду полезного ископаемого, наличия ограничений по ведению работ (инфраструктура оборонного ведомства, присутствие опасных захоронений, ограничения экологического характера и т.д.). Время от регистрации заявки до получения лицензии ограничить 30-60 днями, основной объем работ по лицензированию делегировать на территориальный уровень.

Частный инвестор должен быть уверен, что в случае успеха в процессе геологического изучения площади лицензия на разведку и разработку выявленного месторождения ему будет выдана. Потому в действующее законодательство необходимо ввести норму безусловной выдачи лицензии на разведку и разработку месторождения лицу, открывшему это месторождение в процессе геологического изучения площади.

Необходимо снять ограничения доступа или установить минимальные сроки таких ограничений (1-2 года) к геологическим материалам по завершенным работам, выполненным частными компаниями. Такая практика широко применяется во многих странах, что позволяет анализировать геолого-геофизические материалы широкому кругу специалистов и привлекать значительные финансовые средства для геологического изучения территории страны.

Эти меры, наряду с реализацией госпрограмм, позволят привлечь в отрасль финансовые средства, создать новые рабочие места, обеспечить молодым специалистам возможность профессионального роста и, тем самым, начать возрождение геологической отрасли. Времени для принятия решения осталось очень мало, точка «невозврата» совсем рядом.

В настоящее время даже крупные компании, на первый взгляд вполне благополучные, испытывают острую нехватку квалифицированных кадров. Разрыв между поколениями специалистов только увеличивается. Одними призывами с высоких трибун о повышении привлекательности профессии и привлечении в нее молодежи проблему не решить. Нужно сохранять и создавать новые высокотехнологичные рабочие места, чтобы молодому специалисту было где и, что немаловажно, интересно работать. В противном случае, геологическая отрасль может полностью потерять квалифицированных специалистов и, как в петровские времена, придется приглашать зарубежных, а последние не очень любят готовить себе конкурентов.

Из письма Президенту РФ Владимиру ПУТИНУ (весна 2013 года)

МНЕНИЕ

Александр СОБОЛЕВ, эксперт России по недропользованию, член Австралийского института геонаук (компетентное лицо согласно кодексу JORC, стандартам Торонтской, Шанхайской и Лондонской бирж): Состояние недропользования в России кризисное

- Нынешнее недропользование являет собой нелепый симбиоз плановой государственной и рыночной экономики. В новых экономических условиях России руководители экономики при молчании руководящих кадров бывшего Министерства геологии СССР приняли цифры прогнозных ресурсов важнейших видов полезных ископаемых за якобы подсчитанные запасы и на основании этого полностью развалили геологическую службу. Роснедра приняли правила игры и также подменили по сути понятие «оценки запасов» на «оценку ресурсного потенциала».

В России нет единой со всем миром классификации запасов. Возникает проблема унификации подходов к оценке месторождений по требованиям российской комиссии по запасам (ГКЗ) и международных кодексов (кодексы JORC, NAEN, стандарт NI43-101 Торонтской биржи и др.). Это не позволяет нам войти в общий биржевой рынок минерального сырья.

Между тем с развитием финансовых институтов и вхождением в мировое сообщество Россия не может далее проводить политику финансирования геологоразведочных работ, оторванную от понятий экономической геологии, которая основана на венчурном капитале, биржевом листировании. Практический опыт показывает, что экономическая оценка месторождения, необходимая для принятия решения о его инвестировании, начинается с категории «inferred», что примерно отвечает части запасов отечественной категории С2. Отечественные ресурсы категорий Р2 и Р3 мировым сообществом не рассматриваются как количественные показатели, не имеют экономической оценки и реальной стоимости и являются ориентировочной оценкой металлогенического потенциала.

Надо исключить противоречие между системами классификации, которое состоит в том, что в ГКЗ на первый план выходит инвентаризация запасов, а для международной системы во главу угла ставится инвестиционная прозрачность и экономическое обоснование эксплуатации месторождения. Исключение «двойной бухгалтерии» - это самая настоятельная задача времени.

Отечественная геологическая общественность неоднократно ставила этот вопрос и требовала от Роснедр прекратить практику проведения аукционов с денежным выражением на основании прогнозных ресурсов, а также ввести ответственность в случае их неподтверждения.

После выступления президента РФ по этой теме определенные сдвиги происходят в сфере нефти и газа, но это, скорее всего, влияние министра природных ресурсов, который является нефтяником по образованию и опыту работ. В России с первого января 2016 г. начнет действовать новая классификация запасов и прогнозных ресурсов нефти и горючих газов, разработанная Министерством природных ресурсов РФ, которая учитывает экономическую составляющую добычи и приближена к системам, применяемым за рубежом. Надеюсь, что у министерства когда-нибудь руки дойдут и до твердых полезных ископаемых.

Что же мешает средним и малым российским горно-геологическим компаниям привлекать средства на свое развитие через биржи, как делают это аналогичные фирмы Канады, США, Австралии и других стран? Основными причинами можно назвать следующие:

- действующие в РФ законы о недрах и недропользовании в их нынешнем виде и существующий порядок отечественного недропользования, практически не меняющийся на протяжении 20 лет и основанный на наследии советского периода;

- крайне слабая защита прав собственности в России;

- несоответствие между российской и международной системами финансовой отчетности;

- отсутствие международно признанной системы классификации минеральных ресурсов и запасов, утверждение запасов исключительно государственными органами (ФБУ «ГКЗ»), приоритет якобы «государственных» интересов над интересами инвестора. (Коренное изменение функций и полномочий ГКЗ является актуальной задачей ближайшего времени. Затягивание ее решения отбрасывает Россию назад, делая ее все менее привлекательной для международных инвестиций);

- фискальная налоговая политика, не стимулирующая геологоразведку, особенно на отдаленных территориях Севера и Дальнего Востока России;

- отсутствие мер стимулирования иностранных инвестиций в геологоразведку и горную промышленность;

- коррупция в органах недропользования вследствие нечеткости законодательства о недрах и наличия многочисленных подзаконных актов.

Если сейчас не преломить существующую реальность в оценке запасов, нашу страну ждет тупиковый путь, и отечественные горные и геологоразведочные компании уйдут в страны Африки, Южной Америки и Азии, что мы отчасти сейчас и наблюдаем. Недавно опубликованная статья в журнале «Зoлoтодобыча», № 8 (177), 2013 г., свидетельствует о том, что Россия находится на последнем месте по степени благоприятствования инвестирования в горнодобывающую деятельность.

Надежда ВОРОНЦОВА. Журнал "Дальневосточный капитал", февраль,  2014 год.

 

 

Версия для печати



Loading...




Новости раздела





Комментарии

 

Авторизация:


Анонимно
Авторизовано
E-mail:
Пароль: