Политическое устройство Гонконга: Демократия и Дракон

Невидимые выборы

С 4 по 11 декабря 2011 г. Гонконг увлеченно развлекал себя рождественскими распродажами – ярко, феерично, масштабно, а втихую был еще занят и традиционной российской забавой – выборами.

Ровно через неделю после бурных выборов в России, тоже в воскресенье, 11 декабря прошли судьбоносные выборы и в Гонконге, но значительно скромнее. Пик туристического сезона пройден, банкиры и биржевые брокеры готовятся к рождественским каникулам, на улице – хоть и пальмы, но зима – +15: самое подходящее время для местной политики и некоторого общественного возбуждения.

Впрочем, прилизанный небоскребный ландшафт «специального административного района Сянган» (так после воссоединения с материковым Китаем в 1997 году официально именуется Гонконг) не мог похвастаться баннерами и растяжками с насупленными лицами героев предвыборной кампании и их до бессмысленности краткими лозунгами – эти виды рекламы и агитации, хоть политической, хоть коммерческой, запрещены как неэстетичные. Размалеванных подпорных стенок и подземно-надземных переходов с сообщениями, что некто является козлом, тем более нет – это уже уголовное дело, а перенаселенность Гонконга и изобилие камер наружного наблюдения гарантируют в суде и показания свидетелей, и непоколебимую доказательную базу приговора. Словом, о предвыборной неделе в Гонконге узнаешь только при мимолетном взгляде на телеэкран с местными новостями да если забредешь случайно в сторону от туристических троп в жилые микрорайоны: там, в специально отведенных местах скромные плакаты с лицами участников политического процесса присутствуют.

Если набрать в любой русскоязычной поисковой системе Интернета словосочетание «выборы Гонконг», в первых пяти позициях увидишь: криминальная драма, детектив; режиссер Джонни ТО. Соперничающие главари бандитских группировок вступают в жестокую предвыборную борьбу за место нового главы Гонконгской триады, 2005 г.

Но такие выборы проходят на фабрике малобюджетных боевиков, которыми славится Гонконг. А что и кого выбирали «гонконгеры» в своей реальной политической жизни 11 декабря 2011 г.?

Who or What is Hongkonger?

Удивительное дело: гонконгером, т. е. резидентом, имеющим избирательное право, может стать любой – для этого достаточно 7 лет постоянно на законных основаниях и без выездов прожить в Гонконге, даже имея любое другое гражданство, достичь возраста в 18 лет и пройти регистрацию в избирательной комиссии. Но, учитывая специфику экономики Гонконга как ориентированной во внешний мир сервисной структуры в областях финансов, импортно-экспортных операций и транспорта, даже коренному гонконгеру непросто выполнить эти условия. И утром 11 декабря в день голосования бегущая строка местных телеканалов сообщала точную цифру – 237548 избирателей зарегистрированы с тем, чтобы они могли выбрать 1200 членов некоего Election Committee. Это из более чем 7-миллионного населения! На всем Дальнем Востоке России живет почти столько же людей, сколько на этом маленьком безводном скалистом островке. Добрались же до избирательных урн вообще всего лишь 58963 обладателя зарегистрированного голоса – 24, 82 %. И этого оказалось достаточно, чтобы фактически определить лицо политики Гонконга на ближайшие как минимум 5 лет. Election Committee 25 марта 2012 г. (в год Дракона) изберет из состава своих 1200 членов главу этого своеобразного государства в государстве: и этот неизвестный нам пока человек прилетит в сентябре 2012 г. во Владивосток, на саммит глав Организации стран Азиатско-Тихоокеанского сотрудничества, поскольку Гонконг пользуется правом независимого членства в таких международных организациях и мероприятиях, как АТЭС или МОК, только после 1997 года официальное название его делегаций изменено на «Гонконг, Китай».

Словом, у гонконгской правящей элиты нет необходимости при такой многоступенчатой, многоукладной избирательной системе воровать чьи-то голоса каких-то несогласных: они просто сразу же не учитываются.

Вроде бы демократия

А несогласные есть. И они активны и требуют «всеобщего, прямого, тайного и равного», им не нравится слишком уж пропекинский курс нынешнего руководства Гонконга, их маленькие митинги показывает телевидение, о них рассказывают местные газеты, их не трогает полиция, хотя устрой кто-нибудь что-то подобное в Пекине или Шанхае – тюрьмой был бы обеспечен надолго. Несогласные в Гонконге «разнуздались» настолько, что когда летом прошлого года главный министр Дональд ЦАНГ (в континентальном Китае его называют Цзэн ИНЬЦЮАНЬ) в день 100-летия Синьхайской революции посетил Музей истории Гонконга, оппозиционеры сначала его освистали, а потом намяли ему бока на музейных ступеньках и сорвали бабочку, которую он всегда носит вместо галстука даже в самых официальных моментах. Сорванная бабочка – это уже не инакомыслие, а хулиганство, которое и было незамедлительно пресечено и наказано длительными тюремными сроками.

Популярный американский путеводитель из серии Lonely planet, лозунгом которого является «если мы это описали, значит, мы это сами видели, попробовали и оплатили по указанной здесь цене», о политической системе Гонконга пишет в какой-то извинительной интонации: «Правительство специального административного района Гонконга представляет собой запутанный гибрид из квазипрезидентской системы, неуклюже наклеенной на квазипарламентскую модель. Это не может именоваться демократической системой, хотя демократические элементы есть. Sort of. Вроде бы…». Авторы явно не разобрались, что к чему, а поскольку американскому туристу в любом городе мира нужно сначала найти «Макдоналдс», а таковой, как точно знает американский турист, может иметься только в странах с развитой демократией, то и в Гонконге демократия вроде бы должна быть непременно, т. к. макдоналдсы, кей-эф-си и старбаксы здесь на каждом углу. А небоскреб Bank of America хоть поскромнее и пониже, чем Bank of China, зато стоит на видном месте.

«Функциональные группы»

Утром 12 декабря местное телевидение сообщало: «Избирательная комиссия по выборам комитета выборщиков для избрания главного министра администрации Гонконга соберет конференцию для освещения итогов выборов в Hong Kong Convention&Exhibition Centre в районе Ванчай». Как раз возле этого центра красуется главный символ Гонконга – золотой цветок баухиньи и открывается роскошный вид на вантовый мост через бухту Гонконга, почти копию владивостокского через Золотой Рог, но наш повыше будет.

Указатели «2011 Election Committee Subsector Election» вызвали любопытство, и, поднявшись по нескольким эскалаторам, мы оказались в знакомой обстановке: полсотни телекамер, переносные софиты, развернутые спутниковые антенны. Я влез в столпотворение гонконгских коллег, и никто не задал мне никаких вопросов об аккредитации или иных правах присутствия на столь знаменательном событии. Пресс-конференция длилась 5 минут, и корреспонденты не задали ни одного вопроса. Председатель «гонконгского Центризбиркома» что-то торжественно проговорил на прекрасном кантонском диалекте китайского языка и оставил прессу, которая тут же начала сматывать провода. А нам представилась возможность ознакомиться со списками кандидатов, которые выдвигаются сразу по трем признакам (еще одна запутанность местной избирательной системы): от политических партий и религиозных объединений – их 6 или 7, от административных территорий – их 18, и от так называемых функциональных групп: банкиры, учителя, врачи, транспортники, полицейские, рестораторы, застройщики, эксплуатационники жилья, торговцы, служащие отелей, турагенты. Есть даже функциональная группа знахарей традиционной китайской медицины.

Неважно, какого цвета кошка…

Когда вдохновитель китайских реформ ХХ века Дэн СЯОПИН вел переговоры с британской «железной леди» Маргарет ТЭТЧЕР о принципах возвращения Гонконга в «лоно родины», он сказал фразу, которую в 80-е годы на Западе восприняли как победу демократии западного образца: «Гонконг меняться не будет – будет меняться Китай». В итоге неизменность колониальной политической системы Гонконга, когда губернатора назначала британская королева по представлению местной аристократии, купцов и промышленников, Китай использует сейчас в своих собственных интересах. Только вместо королевы – председатель Китайской Народной Республики. Дональд Цанг – нынешний высший руководитель Гонконга – находится у власти 10 лет, два срока и на 3-й не может быть переизбран. Сторонники демократических реформ в Гонконге 10 лет назад воспринимали его избрание-назначение с энтузиазмом – еще бы: выпускник Гарварда, рыцарь, достопочтенный сэр. И все эти 10 лет он был занят одним важным делом – строительством сверхдержавы под общим названием Китай.

26 декабря 2011 г. Достопочтенный Цанг отправился в Пекин на встречу с председателем КНР Ху ЦЗИНЬТАО. Как сообщило агентство «Синьхуа», «с отчетным докладом о проделанной работе в уходящем году». Ху Цзиньтао «по-королевски» оценил гонконгские политические и экономические достижения. «Синьхуа» цитирует Ху: «В районе Сянган сохранено устойчивое экономическое развитие и общественная стабильность, уровень безработицы сдержан на низком уровне. Успешно прошли выборы в парламент 4-го созыва и выборы членов избирательной комиссии нового главы администрации района Сянган».

Кажется, Ху Цзиньтао уже точно знает, кого 25 марта 2012 г. изберут «губернатором» Гонконга по всем неизменяемым демократическим процедурам британского образца. Дракон великодушен к несогласным, когда игра идет по его правилам. По китайско-британским соглашениям о Гонконге введение всеобщего избирательного права планируется через 20 лет после передачи – в 2017 году.

Гонконг – Владивосток.

Владимир ОЩЕНКО, «Дальневосточный капитал».