Рыбаки считают убытки от введения США, Японией и ЕС ограничительных мер

Пока определённых цифр возможного ущерба нет, но уже понятно, что повод для беспокойства весомый.

Сегодня на российских верфях идёт строительство рыбопромышленного флота по программе инвестиционных квот или, как ещё их называют, «квоты под киль». Пока реализуется первый этап этой программы, на очереди — второй, условия которого ещё обсуждаются. В его рамках планируется обновлять, в первую очередь, рыболовный флот для Дальнего Востока, где добывается основная часть российских уловов, а также развивать береговую рыбоперерабатывающую инфраструктуру.

На сегодня все российские судостроительные заводы загружены и рыбаков беспокоит сдвиг сроков строительства судов. Развернуть строительство судов второго этапа власти намерены в 2023 году, но этот срок может сдвинуться из-за отставаний от графиков строительства на верфях. Ранее планировалось обновить флот за пять лет, сегодня речь уже идёт о шести-семи годах, а то и восьми. Введение санкций способно ещё более удлинить эти сроки.

Дело в том, что в России нет практики строительства крупных добывающих судов — традиционно их строили на зарубежных верфях — в Польше, Германии, Испании, Финляндии. Во времена СССР — в украинском Николаеве.

Проблема не в освоении современных технологий строительства судов, а в оснащении агрегатами и специальным оборудованием, которое приходится заказывать из-за границы. Например, до сих пор ни одно предприятие РФ не выпускает пропульсивные установки — это силовой комплекс или, проще говоря, главный движитель судна.

— На все рыбодобывающие суда, которые строятся у нас, на российских верфях, мы покупаем иностранные пропульсивные установки — германские, норвежские, либо других стран. У нас их не производят, как и другое, необходимое оборудования. И вынуждены закупать импортное. Например, навигационное — в Японии, мощные рыбоперерабатывающии линии — в Германии. И вот теперь, когда объявлены серьёзные антироссийские санкции, мы полагаем, что у нас возникнут сложности с достройкой судов, которые уже заложены. И уже точно возникнут проблемы с оснащением судов, которые мы собираемся строить в рамках второго этапа — через год-два, — отметил президент Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Приморья Георгий Мартынов.

С такими трудностями рыбаки уже сталкивались, когда в 2014 году был введён первый пакет ограничений в отношении России. Одна из компаний построила судно, но долгое время эксплуатационники не могли запустить импортную установку, закупленную в стране-участнице антироссийских санкций. Иностранный производитель, используя дистанционные цифровые технологии, просто заблокировал работу агрегата. Прошло немало времени, прежде чем удалось запустить в работу оборудование.

Помимо обновления рыбопромышленного флота, которому может помешать введение ограничительных мер со стороны стран запада, угроза есть и сбыту продукции, выпускаемой отраслью. В России ежегодно вылавливается пять млн тонн различных морепродуктов, две трети из которых добывается на Дальнем Востоке. Из дальневосточного объёма примерно 1,8 млн тонн приходится на минтай, и около 80% от этого объема шло в Китай на переработку, а после, в качестве филе, уходит на европейский рынок.

— Сейчас мы нацелены на увеличение рыбопереработки на своих мощностях. Также начали выпускать филе для последующей поставки на рынки ЕС. И есть опасность, что Европа перестанет принимать продукцию, выпущенную из российского сырья, даже если оно было переработано в другом государстве, — говорит Георгий Мартынов.

Перенаправить потоки продукции рыбоперарабатывающих предприятий на внутренний рынок не представляется возможным, поскольку россияне столько рыбы не съедят. Найти другой рынок для сбыта уловов дальневосточных, в том числе и приморских рыбаков, далеко не простая задача, и она не решается в одночасье.